Понедельник, 18 октября 2021 18+

Комментарии:

Эхо выборов: политолог Александр Кынев о «фальсифицированном большинстве» ЕР и партиях-марионетках

Опубликовано: 5 октября 2021, 10:29 | Служба новостей ЯмалPRO

Смешанная избирательная система не стала в России лифтом для малых партий в той мере, что в других странах, из-за регионов с аномальной избирательной активностью, считает политолог Александр Кынев. На недавних выборах отмечалось беспрецедентное завышение результатов «Единой России», если бы не превентивные меры, принятые властями, сейчас мы наблюдали бы протестный взрыв, отметил эксперт в интервью изданию «БИЗНЕС Online». С другой стороны, и оппозиция оказалась не способной консолидироваться, а роль «Умного голосования» ничтожна.

— По итогам подсчета голосов, «Единая Россия» набрала по спискам 49,82% голосов, также ее кандидаты победили в 198 одномандатных округах.  По одномандатным округам в 2016 году «Единая Россия» также получила подавляющее большинство голосов. Вообще можно ли выделить какие-то отличия в результатах выборов 2016 и 2021 годов?

— Разница существенная. В 2016 году «Единая Россия» выиграла 203 округа из 225. Из оставшихся 22 округов в 19 от «Единой России» просто не было кандидатов. То есть, суммарно было всего три округа, где кандидаты от ЕР были, но проиграли. Сейчас из 225 округов кандидаты от ЕР выиграли в 198, причем часть — с очень небольшим перевесом. Остается 27 округов. Из них кандидатов от ЕР не было только в восьми. Соответственно, округов, где ее кандидаты были, но проиграли — 19.

 —  Какой из этого следует вывод?

—  Понятно, доля выигранных «Единой Россией» округов все равно колоссальна, но в 2016 году кандидаты от ЕР проиграли в трех округах, а в этот раз в 19.

— Как правило, во всем мире смешанная избирательная система считается своеобразным лифтом для малых партий. Почему в России противоположная картина, и большинство округов все равно достается крупнейшей партии?

—  Потому, что Россия имеет очень неровную электоральную географию. Есть так называемые аномальные регионы, в которых всегда гипервысокая явка и гипервысокие результаты за доминирующую партию или ее кандидатов. Грубо говоря, это регионы, где помимо массового голосования существуют еще и массовые фальсификации. На эти регионы приходится примерно 28% избирателей от общего списка. В 2016 году эти субъекты дали половину всех голосов, поданных за «Единую Россию», в этом году, думаю, больше.

Еще до утверждения официальных протоколов свои расчеты представил специалист по электоральной статистике Сергей Шпилькин. Он посчитал по своей методике, что в этом году вклад «аномальных» регионов составил 50%, в 2016 году этот показатель составлял 43%, а в 2011–45% от всех голосов, поданных за «Единую Россию». Шпилькин называет это деликатным термином «аномальные голоса».

— А от чего зависит превращение субъекта в зону аномальной активности, в электоральный «султанат»? Что их всех объединяет?

— Это долгая история, уходящая корнями в политическую культуру. Кроме того, это вопрос авторитарности политического регионального режима. А он связан с долгим доминированием какой-то харизматической фигуры в регионе. Это накладывается на состав населения и политическую культуру. Тот же Северный Кавказ — как правило, регионы аграрные, регионы с гипертрофированной ролью старших и т. д. Это исторические и корпоративные факторы.

Среди «электоральных султанатов» много субъектов, где доминирует корпоративная иерархия — например, Ямал, где действуют нефтегазовые компании с очень жесткой корпоративной дисциплиной.

—  В преддверии выборов многие аналитики отмечали низкие рейтинги «Единой России»…

—  Они и были, и остались низкими. Результаты выборов не отражают общественные настроения, а входят с ними в диссонанс.

—  Звучала версия, что власть постарается слишком сильно не завышать результаты для «Единой России», чтобы не спровоцировать взрыв возмущения со стороны населения.

—  Как вы видим, их все равно завысили. Мы наблюдаем сейчас колоссальное завышение результатов для «Единой России» — наверное, самое большое за историю выборов. Если бы Навальный вернулся в Россию не в январе, а сейчас, а также еще не состоялось бы резкое ужесточение законодательства, сейчас был бы протестный взрыв. Мы наблюдали бы бушующую страну.

—  То есть, те итоги, которые озвучил ЦИК, не коррелируют с реальными настроениями общества?

—  Абсолютно. В политологии есть такой термин — «сфабрикованное большинство».  Он уместен применительно к системе, в которой количество полученных мандатов не соответствует реальной общественной поддержке.

— Это справедливо только в отношение «Единой России», или аналогичным образом «тянули» еще какие-то партии — тех же «Новых людей», например?

—  В такой системе есть только один бенефициар, поэтому все остальные партии получают меньше мандатов. И в нашей ситуации остальные партии, кроме ЕР, тоже получили бы больше в равных условиях.

— Хотелось бы обсудить явку. В этом году по данным ЦИК она составила 51,68%, в 2016 году этот показатель был равен 47,88%.

— Это номинальный рост, в первую очередь за счет электронного голосования.

— В преддверии выборов многие говорили, что власть хочет засушить явку, чтобы, грубо говоря, на выборы шли преимущественно бюджетники. Вы согласны с этим? И что получилось в итоге — почему явка оказалась даже выше, чем пять лет назад?

— Так и было, власть старалась «засушить» явку. Дифференциация по явке такая же, как и в 2016 году, а изменения в первую очередь связаны с электронным голосованием. Явку сушат для того, чтобы в протестных регионах протестный избиратель на участки не ходил. Соответственно, доля административно голосующих избирателей в этой ситуации повышается. Когда вы сидите на диване, доля тех, кто пришел по приказу руководства, повышается.

— Возможен ли, в теории, в России аналогичный белорусскому сценарий, когда явка на выборах оказалась взрывной — все граждане пришли голосовать?

— Нет, в России такой сценарий невозможен. Как невозможен и армянский, например. Когда вы оцениваете влияние шторма на корабль, вы учитываете размеры корабля. Размер страны и количество избирателей в ней имеют значение. В России политическая трансформация проходит очень медленно, и даже, напротив, отмечается авторитаризация, из-за ее колоссальных размеров. Это то, что делает электоральную смену власти чудовищно сложной историей. Потому что иметь действующую оппозицию в масштабах такой страны, где треть регионов — «электоральные султанаты», это очень сложно. Размеры страны — это, в своем роде, подарок для власти, а для демократического развития — некоторое проклятие.

—  Возвращаясь к теме электронного голосования, которое вы упомянули. В Москве все оппозиционные кандидаты проиграли по одномандатным округа провластным именно из-за него…

— По одномандатным округам да, так и произошло. При этом очень хорошо видно, что реальный разрыв между голосованием на участках и электронным голосованием оказался значим только для кандидатов «умного голосования». По остальным кандидатам мы большой разницы не видим. Но удивительным образом оказалось, что именно у тех кандидатов, которых выбрало «умное голосование», по электронному голосованию оказалось намного меньше голосов, чем по итогам офлайн-голосования. Например, в тех округах, где кандидаты от «Яблока» не получили поддержку «умного голосования», там разница для них оказалась небольшой. А в тех двух округах, где кандидаты «Яблока» получили поддержку УГ, там почему-то электронное голосование оказалось для них провальным.

—  Есть версии, почему так произошло?

— Грубо говоря, это выглядит так, будто при подсчете у кандидатов «умного голосования» просто отняли часть голосов и отдали кандидатам от власти.

— Не спровоцирует ли это рост протестных настроений в столице — стратегически важном в политическом плане регионе?э

— Если у вас дом сгрызли черви, но он еще не рухнул, имейте в виду, что все это может произойти в любой момент — просто пока не подул ветер такой силы, чтобы он упал. Так что-то, что произошло с выборами — это мина замедленного действия, это сыграет свою роль. Всему придет свое время.

Те люди, которые этим занимаются — безответственные, их не волнует будущее. Им важно здесь и сейчас выдавать как можно больше. Но таким образом они создают колоссальные проблемы для будущего, создают очень опасные тренды.

И митинги 2011 года тоже случились не «вдруг». Протестные настроения долго накапливались.

— Казалось бы, сиюминутное мышление, скорее, должно быть присуще элите в условиях ее частой сменяемости…

— Кто вам такое сказал? Сиюминутное мышление характерно в принципе для временщиков. Чиновник думает только о себе, его не волнует будущее страны. Ему важно, чтобы конкретно здесь и сейчас его не уволили, чтобы прошли «нужные» люди, чтобы ему дали премию за хорошие цифры.

— То есть, то, о чем вы говорите — это не стратегия, а тактика?

— Это история о том, что внутри самой системы нет силы и лиц, заинтересованных в ее стратегическом будущем. Эти люди работают сами на себя, за свои личные карьеры.

—  Во время выборов тема так называемых «фейков» не сходила с экранов федеральных каналов. Часто проговаривалось, что сообщения о нарушениях на выборах — это некая дезинформация.

—  Представители избирательных комиссий говорят об этом, сколько я себя помню. На протяжении последних лет пятнадцати эта тема звучит всегда во время выборов. Принцип тут такой: «А вы попробуйте докажите», если нижестоящая комиссия заявляет, что никакого нарушения не было.

В этот раз тоже все было как обычно. Я только обратил внимание, что в последние несколько лет власть сама пытается для дискредитации независимых наблюдателей придумывать «фейки», записывать какие-то постановочные ролики. И такие попытки дискредитации носят довольно агрессивный характер. Раньше такой агрессии в контрпропаганде против независимых наблюдателей все же не было.

При этом случаев, когда независимые наблюдатели действительно заявляли о каких-то нарушениях, которые оказались бы «фейками», не было.

—  Как бы вы оценили динамику прозрачности выборов на протяжении последних лет?

—  Резко негативно. Например, очень сильно ухудшилась даже работа самого сайта ЦИК. В прошлом году на сайте появилась «капча» — даже для того, чтобы просто узнать фамилии кандидатов. Раньше, например, вы могли получить списки кандидатов в сводном виде, в вордовском файле, где указывались не только ФИО, но и места работы и т. п. Сейчас стало нормой предоставление только ФИО и года рождения. Делается все, чтобы информации о кандидатов было как можно меньше, а добывать ее было все сложнее. Это только один пример, а в целом ухудшилась ситуация и видеонаблюдением на участках, и многое другое.

—   Давайте пройдемся по тем партиям, которые прошли в Думу. Например, «Справедливая Россия» перед выборами претерпела большую трансформацию, в нее вошла партия Захара Прилепина.

— Да, СР объединилась с двумя партиями с ультрапатриотической ориентации. Но как мы видим, эффект от этого оказался минимальным. В прошлом году СР балансировала на уровне прохождения, в итоге она все-таки прошла, но без блеска. По спискам у «Справедливой России» в 2016 году было 16 мест, сейчас 19 — разница крайне незначительная.

—  То есть, фигура Захара Прилепина ничего в этом плане не прибавила?

— Медийный шум на какой-то период привлек людей, но когда они стали смотреть, кто такой этот Прилепин, он оказался слишком токсичным персонажем. У него слишком экстремальные взгляды для обывателя. Люди не любят экстремалов, крайности. Потому что история про Донбасс и поддержку каких-то военных действий — это для обывателя такие вещи, от которых лучше держаться подальше.

— И не помог даже общественный консенсус Русской весны?

— Никакой массовой поддержки Русской весны среди избирателей никогда не было.

—  Давайте теперь поговорим о партии «Новые люди». Говорят, что это якобы проект Кремля, реализуемый братьями Ковальчуками. Как вы думаете, похожи эти разговоры на правду?

— Про Ковальчуков понятия не имею, никаких Ковальчуков в списке партии не было. Лидер списка — Алексей Нечаев, владелец компании «Фаберлик», а также бывший мэр Якутска Сардана Авксеньтьева.

Партия прошла по спискам в первую очередь за счет массовой медийной кампании, которую они вели с размахом. Плюс, партия опиралась на реальный общественный запрос на обновление политической системы. Люди устали от одних и тех же игроков, одних и тех же партий, довольно многие люди хотят голосовать за здоровую либеральную оппозицию. Ту, которая выдвигает такие идеи, как защита собственности, честный суд, нормальные налоги и т. д.

Кроме того, «Новые люди» стали пятыми и по количеству кандидатов, выдвинутых в региональные парламенты. Готовность участвовать в региональных и местных выборах — тоже очень важный индикатор, потому что у нас почти половина партий, которые вели кампанию, не были представлены в регионах. Да и кампанию не вели нигде, кроме интернета.

— То есть, это прозрачная история о том, как бизнесмен…

— Это история о том, что если вы хотите добиваться успеха, то, во-первых, вы должны работать в регионах, а не только в Москве, и не только в интернете, но и в жизни. И вы должны максимально активно участвовать в региональных выборах. Каждый кандидат, который выдвигается на тех или иных выборах — это целая цепочка людей, которые с ним связаны.

— Если Захар Прилепин ничего не прибавил «Справедливой России», то какую роль для «Новых людей» сыграла Сардана Авксеньтьева?

— На мой взгляд, существенную. Потому что она была самым ярким кандидатом в списке «Новых людей». Из выступлений Алексея Нечаева даже ярких цитат нельзя выбрать, настолько они обтекаемые и не конкретные.

— А зачем Нечаеву понадобилась большая политика, на ваш взгляд?

— Я уверен в одном — у него есть амбиции.

— Просто многие партии не могут получить даже регистрацию Минюста, а тут такой успех…

— Кто-нибудь разве спорил с тем, что партия зарегистрирована с санкции власти? Это понятно, но нельзя ставить знак равенства между получением такой санкции и полным отсутствием субъектности. Это не одно и то же, хотя у нас масса людей не понимает полутонов, делит мир на черное и белое — либо оппозиция, которая кричит «долой», либо отдел президентской администрации. Но это неправда, между двумя этими крайностями есть огромное количество оттенков. Конечно, партия «Новые люди» создана с соизволения власти, это очевидно. Но бессмысленно считать, что у них нет своей воли и амбиций.

— «Яблоко» тоже позиционирует себя как либеральную партию, но оно совсем сдало позиции. Почему?

— Это история про партию сектантского типа, которая давным-давно не хочет ничего добиваться и очень удобна власти, будучи политически импотентной. Именно по этой причине она до сих пор жива и занимает свое место — потому что она очень удобна.

— В преддверии выборов Insider опубликовал расследование о покупке Явлинским особняка на Рублевке за 55 миллионов.

— Я не буду комментировать такие расследования.

— Есть ли у «Яблока» шансы на возрождение?

— Возрождение «Яблока» возможно, но при реальном перезапуске, а не фиктивном.  Когда там не будет никакого Явлинского, когда будут самостоятельные, независимые лидеры, а не марионетки.

— Шансов на это немного?

— Шансы всегда есть — в теории.

— КПРФ на протяжении многих лет тоже производила впечатление достаточно системной, спокойной партии…

— У нас все партии зависят от власти, все. Но зависимость и тождество — это не одно и то же. Если у вас собака сидит на цепи и в наморднике, это не значит, что если вы уберете цепь и намордник, то эта собака будет вести себя точно также. И если кто-то вас боится, это не значит, что, когда он перестанет вас бояться, он не изменит поведение. История про зависимость партий — это история про страх. Но вовсе не история о том, что они часть власти.

КПРФ — единственная партия в стране, которая с политологической точки зрения может считаться нормальной партией. С развитой сетью, с наличием какой-то внутренней демократии, пусть и не совершенной. Потому что все остальные партии, по сути, вождистские.

—  Складывается впечатление, что на протяжении последнего года ее довольно серьезно атаковали в СМИ.

— Так и есть, ее атаковали, потому что это единственная нормальная партия и главный претендент на протестные голоса. Поскольку люди стратегически обычно голосуют за самую сильную альтернативу.

Посмотрите даже на состав новой фракции КПРФ, насколько он обновился — скажем, если вы сегодня в регионе имеете амбиции, хотите участвовать в политике и ищете партию, от которой пойти, то, скорее всего, вы пойдете от КПРФ.

— При этом руководство КПРФ явно старалось смягчить ситуацию, прибегало к весьма примирительной риторике — почему?

— У них нет другого выбора, перед руководством КПРФ стояла задача уменьшить административные издержки для партии. Поэтому руководство выступает как прокладка между гораздо более оппозиционным низовым и средним составом партии и властью. У каждого своя роль и функция.

— Коммунисты анонсировали митинги за пересмотр итогов голосования, митинги им не согласовали. Как вы думаете, способна ли КПРФ аккумулировать сейчас серьезную протестную активность?

— Думаю, что сейчас нет массовой готовности к участию. С одной стороны, люди устали и находятся в депрессии, а с другой стороны, сильно запуганы. Особенно страх увеличится после жестких акций, предпринятых летом властями против сторонников Навального.

— Если недовольство будет расти, но не будет находить никакой канализации, то к чему это может в итоге привести?

— Любой негативный тренд действует только когда есть сочетание нескольких негативных трендов в другой сфере. У системы всегда есть запас прочности. Но если в какой-то точке совпадет сразу несколько негативных факторов, то эффект может оказаться катастрофичным. Но этого может и не произойти.

Оригинал: Издание «Бизнес ОНЛАЙН»

Рубрики: Выборы, Интервью, Общество, Политика. Метки: , , , , , , , , , , , , , .


Рейтинг новости:

479
Просмотры:
5
Поделились:
5 Итого:
Ваша оценка:
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars

Комментарии

  1. История пишет:

    В любой европейской стране такое просто невозможно — там кризис власти заканчивается новыми честными демократическими выборами. В странах Африки, Южной Америки, Азии всё подобное заканчивается переворотом и Гражданской войной. Почему в России была такая долгая и кровавая Гражданская война? Противостоящие друг другу силы были примерно равны, люто ненавидели друг друга и не шли на компромиссы. А теперь просто почитайте комментарии в соцсетях и поймёте, что ничего и не изменилось в обществе — разделение мнений и взглядов пополам, озлобление, агрессия. Так легче управлять массой, когда нет единства. Вывод сделайте сами.

  2. Владимиррр пишет:

    Подобные политологические пересуды — ни о чём. Голос туда, голос сюда.
    Главного нет — за что голос подавать. Не за пузо с двумя ногами, а за идею, которая оживила бы народ. Ну а если идеи нет, народ выберет стабильность даже без-идейного существования, как отдышки перед когда-ни-будь, всё же рывком.
    К тому же развитие есть, но оно скрыто средствами массовой информации, в которых за пыльным встряхиванием романтичного криминала, заслоняются и стройки, и достижения, и успехи.
    Но грамотный народ ощущает их даже за пылевой завесой. Грамотный, что важно.
    Что и сказывается на результатах голосования.
    Хотя есть опасность среди либеральных сорняков, подняв страну — потерять народ, рассеянный артилерией дезинформации.

    • 89 пишет:

      Пока ты там к рывкам готовишься, да с Европой сражаешься у рядовых сотрудников таможни по 18 тонн золота изымают из под дома.

  3. Нск пишет:

    Я вообще не понимаю, в чем суть таких рассуждений? Какое-то переливание из пустого в порожнее получается. Опять обвинить ЕР в фальсификации и продвинуть КПРФ? Я бы ещё поняла, если бы продвигали какую-то новую, действительно достойную партию, но КПРФ?! Да никто не хочет возвращаться к этому нищему общинному строю с дефицитом, поймите вы это уже.

    • Скачок с прорывом пишет:

      А почему есть серьезный выбор только из ЕР и КПРФ? Да потому что остальных не регистрируют и не допускают до выборов. Мало кто хочет в коммунизм, но мало желающих и бесконечного продолжения нынешнего марлезонского балета. Нужны новые политики, нужен скандинавский и финский опыт социально ориентированных государств. Все привыкли к извечному: а кто если не ЕР, а вдруг новые хуже будут… так вы попробуйте сначала, ведь никто из новых не был ещё. И безусловная сменяемость путём выборов — только тогда и можно сравнить.

  4. Вот такое мнение пишет:

    А все легко объяснимо-народ выбирает стабильность, а не кандидатов-марионеток и непонятно какие партии, которые сидят, отсиживаются между выборами, а всплывать и создавать видимость работы начинают только в предвыборной гонке. Смешно наблюдать. Да и оппозиция у нас мертвая. Нет достойной смены действующей власти. А выбирать абы кого- это ли не бред сивой кобылы? Хотите лучшей жизни-прекратите создавать непонятные волнения. Взять все то же мракобесие с прививками-если бы мы смогли побороть вспышки заболеваемости-да давно бы уже вернулись к работе, к прошлой жизни без ограничений и т.д. Многие сферы деятельности поднялись бы с колен. У нас сейчас модно винить кого угодно, но только не себя.

  5. Житель пишет:

    Кто такой этот политолог? Эксперт? Кто? Развелось таких всезнаек на каждом шагу. Начинает подташнивать уже от заказных статеек.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

Уважаемые читатели! Комментарии, не соответствующие теме материала, содержащие неподтвержденные сведения, порочащие честь и достоинство, деловую репутацию, имеющие заведомо клеветнический характер в адрес объектов и субъектов публикаций, а также противоречащие нормам Закона о СМИ РФ, могут быть удалены.


Наверх ↑